Лис Улисс и свирель времени [= Лис Улисс и свирель времени ] - Фред Адра

– Нам сюда, – Волк Самуэль кивнул в сторону плиты.

– Мне еще рано, – поморщился Марио.

– Это не могила, – догадался Улисс. – Подземный ход, не так ли?

– Верно, – ответил призрак. – Он ведет в пирамиду.

– Надо же, – удивился Улисс. – Есть и пирамида, и тайный ход… Все как положено на Востоке.

– Нет только похороненных. Никаких костей или мумий, – заметил коала. – Что слегка отличает нашу пирамиду от классических. Может, это не настоящая пирамида? Может, это декорации, и здесь просто когда-то собирались снимать кино?

– В те времена не было кино, – возразил Волк Самуэль.

– Ну, так я же не сказал, что они его сняли. Они только собирались. Но кино еще не изобрели, и у них ничего не вышло. Это великая трагедия прошлого.

Призрак не стал развивать эту тему. Он опустился на землю возле могильной плиты и сказал:

– Помогите сдвинуть. Мне одному не справиться. Силы не те, что при жизни. Вот когда я был жив, то десять таких плит одной левой… трогал.

Улисс и Марио наклонились и совместными усилиями отодвинули плиту в сторону. Свет луны упал на неровные каменные ступеньки, ведущие под землю.

– Вперед! – скомандовал Волк Самуэль и нырнул в подземный ход. – Только осторожно, не споткнитесь. А то останетесь без лап.

– Ну и ладно, – мрачно ответил шпион. – Никогда не любил свои лапы.

Улисс и Марио вытащили карманные фонари и последовали за провожатым.

Узкий подземный ход привел их к другим ступенькам, поднявшись по которым, они оказались в замкнутом пространстве, несколько тесноватом для троих – Волк Самуэль, хоть и был привидением, а место себе требовал, как живой.

– Мы внутри саркофага, – пояснил он.

– То-то я чувствую себя мумией, – понимающе отозвался Марио.

Теперь, когда они очутились в пирамиде, шумная музыка слышалась особенно шумно, даже несмотря на каменные стены саркофага.

– Классный музон! – одобрил шпион. – Это же «Чугунные воины», суперская группа, я в детстве ее обожал!

– Выключите фонари, – велел Волк Самуэль. Он дотронулся призрачными лапами до крышки саркофага – на это у него сил хватало, – и во всех стенках открылись многочисленные крохотные отверстия, похожие на дверные глазки. В них тут же хлынул свет.

Друзья прильнули глазами к отверстиям…

Их взглядам открылся зал, будто сошедший с фотографий, сделанных в пирамидах на Востоке – колонны, саркофаги, статуи, копья, барельефы и фрески, изображающие древних божеств и сцены загробной жизни…

Посреди зала на полу расположился магнитофон, из которого и гремели «Чугунные воины», вокруг него сидело пять зверей – волк, пес, ягуар, кошка и пантера. Все молодые, одетые в черные кожаные куртки с множеством заклепок и сжимающие в лапах мотоциклетные шлемы. Пол около них был усеян окурками, бутылками и банками от разных газированных напитков.

Взгляды сидящих были устремлены в центр круга, где рядом с магнитофоном трясся в бесноватом танце шестой зверь – кролик, тоже молодой и одетый в черное. Кролик прыгал, махал лапами и орал – как ему казалось, мелодию звучащей песни.

Ягуар встал, подошел к магнитофону и выключил музыку. На пирамиду обрушилась оглушительная тишина.

– Ты прошел последнее испытание! – прозвучал в этой тишине торжественный голос ягуара.

Кролик снова запрыгал, на этот раз уже от радости. По мордам сидящих зверей скользнули мимолетные ухмылки.

– Какое имя ты возьмешь себе, о новообращенный? – спросил ягуар.

– Карл! – не задумываясь, ответил кролик.

Сфинксы Преисподней одобрительно закивали. Ягуар обнял новообращенного.

– Тезка! А прозвище какое?

– Гордоухий! – отозвался кролик. Было ясно, что прозвище он придумал заранее.

– Так вот как эти Карлы и Магды друг друга различают – по прозвищам, – прошептал Марио, внимательно наблюдая за этой сценой.

– Карл Гордоухий! – воскликнул ягуар, отойдя в сторону и простерев лапы в сторону кролика. – Ты стоишь на пороге величайшего события в твоей жизни! Ты будешь служить Темному Властелину, противостоять роботам, повелевать ветрами, ворочить реками, что берут свое начало в дельте Нила и в альфе Центавра, ты укажешь путь Космическому Первозверю, выпьешь со Сверхобезьяном, укротишь кометы, плюнешь с Луны, свергнешь тайное правительство, пристыдишь презренного обывателя, узришь конец Вселенной и начало новой эры, проникнешь в тайны мироздания и не поверишь в них, сосчитаешь до семи… Ты станешь Сфинском Преисподней!

Марио наклонился к Улиссу и прошептал:

– Слушай, ты же много читал, верно? Что означает этот набор слов?

– Он означает, что этот парень тоже много читал, – ответил лис. – Но ничего не понял.

Шпион кивнул.

– Зато я, кажется, понял, что мне напоминает эта пламенная речь. Моя бабушка покупала на рынке всякие овощи, фрукты, коренья, ягоды, колбаски, шоколадки… А потом все это смешивала. Получались мозги этого парня.

Тем временем ягуар перевел дух и произнес:

– Но все это только в том случае, если Магистр одобрит твою кандидатуру. Мы-то согласны, но последнее слово за Магистром!

Кролик возбужденно закивал головой, аж уши замелькали.

– Да-да, я понимаю, конечно!

Ягуар снисходительно похлопал его по плечу.

– Молодец. Завтра увидишься с Магистром.

Улисс повернулся к Марио и уверенно заявил:

– Мы тоже должны увидеться с Магистром, кем бы он там ни был. Потому что если у этой кучки Карлов и Магд есть верхушка, то нам нужна именно она.

– Согласен, – ответил коала. – И что теперь? Станем Сфинксами Преисподней?

– Да!

Они выбрались наружу, вернули могильную плиту на место, попрощались с Волком Самуэлем и заспешили в пирамиду.

Друзья обнаружили Сфинксов Преисподней, пьющими газированные напитки, курящими сигареты и громко подпевающими «Чугунным воинам». Причем новообращенный кролик Карл Гордоухий усердствовал сильнее всех.

Лис Улисс и Марио были встречены молодыми зверьми в высшей степени неприветливо. Музыку немедленно выключили, и вся шестерка подскочила к непрошеным гостям.

– Чего приперлись?! А ну, валите отсюда!

Улисс и Марио не ожидали радушного приема, но от такой агрессивности они даже несколько растерялись.

– Да мы просто мимо проходили, – неуверенно сказал коала. – И решили заглянуть…

– Не на что тут глядеть! – зло ответили им. – Эта пирамида не для вас! Здесь собираются только подлинные романтики и идеалисты! Понял, мокрица сумчатая?

Марио понял. «Подлинные романтики и идеалисты» демонстрировали полную готовность перейти к романтичному и идеалистичному насилию.